Второй шанс

Второй шанс мы даем не людям, второй шанс мы даем себе, потому что это слишком сложно — сесть и сказать себе честно: «да, я ошибся в этом человеке». Энциклопедия семейной жизни

    А. Лукашенко 4 ноября 2021 года подписал Интеграционный декрет: «Об основных направлениях реализации положений Договора о создании Союзного государства на 2021-2023 годы», благодаря которому 28 союзных программ должны за год или два быть имплементированы в государственную и экономическую системы Республики Беларусь. Высший Государственный Совет Союзного государства Беларуси и России прошел в онлайн формате.

    Видимо, онлайн был главной причиной для раздражения А. Лукашенко. В Москве это понимали, так как знают, что, как только белорусский руководитель встречается с президентом России, то он тут же начинает жаловаться и просить денег.  Причем жалуется А. Лукашенко буквально на всех и всё – начиная с НАТО и Польши, белорусской эмиграции и далее на российских «олигархов», эмиграцию, заканчивая белорусскими и, конечно, российскими сайтами и телеграмм-каналами, которые раздражают А. Лукашенко.

    Главный итог ВКС для А. Лукашенко был связан с получением долгожданного инвестиционного аванса в несколько миллиардов долларов (от 3 до 5), но этого не произошло, хотя до начала заседания и после него А. Лукашенко буквально изводил В. Путина телефонными звонками, так как, мол, в Беларуси не поймут – А. Лукашенко ведь все, что нужно, подписал, а деньги где?

    Напомним, что, когда на российско-белорусском саммите 9 сентября 2021 года В. Путин зачитал с бумажки, что до декабря 2022 года А. Лукашенко может рассчитывать на 640 млн. долларов США кредитов, то на белорусского руководителя, привыкшего оперировать цифрами с девятью нулями, было больно смотреть.  Ну что поделать, ценность А. Лукашенко, как «союзника» России, за последние полтора года подверглась ощутимой девальвации… И в этом виноват сам белорусский народ. Именно он своим отношением к несменяемому белорусскому лидеру заметно опустил значимость А. Лукашенко для России, а также добавил рисков.

    Итак, ВКС закончился, всё подписано. Но 28 союзных программ так и остались секретными. Программы не опубликованы, о чем вполне справедливо сказал 4 ноября белорусский политолог П. Петровский. Во время заседания единственный выступающий – российский премьер-министр М. Мишустин, хотя бы поверхностно прошелся по содержанию союзных программ и сказал главное – механизм воплощения программ в жизнь создан (!).  Однако, этим не исчерпываются вопросы, которые мгновенно появились как в ходе, так и после ноябрьского ВГС. Их количество растет, что проявилось в реакции на столь важное в российско-белорусских отношениях мероприятие.

Как встретили?

    Прежде всего обратим внимание на реакцию Москвы. Отметим ее сдержанность. Кто-то скажет, что ВГС пришелся на российскую праздничную четырёхдневку, которая отвлекала внимание от столь судьбоносного для российско-белорусской интеграции события. Но, учитывая символичность мероприятия, вряд ли российские телевизионные каналы отказали бы себе в удовольствии присовокупить к Дню народного единства еще и «единство» с Беларусью. Однако, отказали…

    Зато в российском медиа пространстве появились традиционные мнения о том, что В. Путин, у которого в 2019 году не получилось «кавалерийским налетом» инкорпорировать РБ в состав РФ, сейчас «подкрадывается» к республике. Вхождение Беларуси в состав России, мол, обеспечит В. Путину пролонгацию президентства (https://t.me/belaruspartisanby/17565). В общем, четверть века Россия «подкрадывается» …  Напомним, что и А. Лукашенко, когда ему было выгодно, неоднократно обвинял Москву в «экспансии». Сейчас не обвиняет, а даже наоборот…

    Кроме того, такая же история с «аншлюсом» Беларуси была разыграна в преддверии последних, 2018 года, президентских выборах в России, но после выборов В. Путин потребовал санации Союзного государства путем ликвидации системы дотирования республики за счет российского бюджета.  Так что такого рода прогнозы, как объединение двух государств, являются традиционными и обязательно поднимаются в моменты подготовки президентских выборов в России или подписания очередных интеграционных соглашений и договоров.

    Но вот, как-то за эти десятилетия не объединили. Почему? Объединять нечего, «овчинка выделки не стоит», а обещает массу проблем, как на внутренней (вплоть до распада федерации), так и внешней арене (санкции), не говоря о том, что Беларусь – не Крым, и потребует расходов на порядок больше… Эти деньги в России есть куда вложить и без Беларуси. Кроме того, сами белорусы, как крымчане, в Россию не пойдут. 

    Между прочим, подписанный 4 ноября Интеграционный декрет почти полностью совпадает с подобного рода документами, начиная с создания Союза России и Беларуси в 1990-е годы. Просто берут файл и ставят новые даты (https://t.me/bolkunets/4445).

Белорусские власти

    В Беларуси, и прежде всего в Минске, номенклатура и представители медиасферы, не скрывая своего удовлетворения и иногда исключительно эмоционально, оценили сам факт подписания Интеграционного декрета А. Лукашенко.  Дело в том, что по традиции, заложенной еще в 1990-е годы, республика после получения Москвой очередной подписи белорусского руководителя, получала огромную финансово-ресурсную поддержку.  Вот и сейчас в Минске оценили итоги ноябрьского ВКС не как старт сложного процесса формирования единой экономики и безбарьерного рынка Союзного государства, а как завершение процесса восстановления российской дотационной системы, что в свою очередь обещает скорое начало финансирования республики за счет российского бюджета.

    Ожидание денег в Минске совпало с попытками перехвата солидной части союзного бюджета, наполняемого в основном переводами из российского казначейства. Как уже отмечалось, в основе конфликта белорусских властей и медиахолдинга «Комсомольская правда» лежит финансовый интерес Минска. Белорусская сторона хотела бы полностью перевести финансирование своего агитпропа за счет союзного/российского бюджета. Возможен ли такой рейдерский захват? По мнению Минска, вполне. С одной стороны, белорусская сторона рассчитывает на содействие госсекретаря СГ, а с другой стороны, передача Минску медиа денег союзного бюджета выглядит, как традиционный «подарок» к очередному подписанию А. Лукашенко интеграционных документов. Правда, в данном случае есть важный нюанс, который известен россиянам – А. Лукашенко четверть века постоянно подписывает некие соглашения и договоры по интеграции, а интеграции все нет, зато объем финансирования республики за российский счет давно уже стал внутрироссийской политической темой.

    Но в реакции Минска на Интеграционный декрет нет главного – намерения деятельно работать над имплементацией союзных программ. Больше того, нет ни одного индикатора, который говорил бы о том, что белорусская сторона действительно готова приступить к объединению своей экономики с российской. Пока мы можем наблюдать у официального Минска только оживление иждивенческих инстинктов, что предвещает проблемы уже в ближайшем будущем.

    Напомним, что белорусская сторона рассчитывает в ноябре – декабре запастись контрактом на поставку в республику российского природного газа по 128,5 долларов США за тысячу куб. м. Неделю назад Молдова заключила долгосрочный контакт с Газпромом на поставку газа по 450 долларов США. Интересно, получит ли А. Лукашенко обещанную цену на российский газ в варианте интеграционного аванса?

    Понятно, что А. Лукашенко относится к экономической интеграции, как к еще одной возможности «сесть» на российский федеральный бюджет, а перспективы экономической интеграции в Минске воспринимают, как Ходжа Насреддин: «Либо шах помрет, либо ишак сдохнет».  Между прочим, именно такой «формулы», похоже, ожидая транзита власти, придерживаются и политические противники режима А. Лукашенко.

Реакция оппозиции

    Белорусская эмиграция и оппозиция, что сейчас почти одно и тоже, восприняла подписание Интеграционного декрета, как потерю белорусского суверенитета. Претензии к А. Лукашенко и В. Путину носили широкий спектр: от решительного отказа от какой-либо интеграции с Россией, захвату РБ до обвинения белорусского руководителя в измене Родине. В свою очередь белорусские власти, замалчивая экономическую интеграцию, прежде всего отбрыкивались от обвинений в сдаче суверенитета, что и понятно.

    Формально, с учетом того, что союзные программы не содержат какого-то намека на перехват политических и государственных функций белорусского государства, а более того, не предусматривают создания каких-либо наднациональных экономических структур, что, между прочим, попутно ставит под сомнение процесс «гармонизации» вышеназванных программ, то ни о какой «продаже» суверенитета нет и речи.

Реплика

    Белорусская оппозиция объявила интеграцию с Россией предательством и «продажей» белорусского суверенитета. Но вот что интересно, а если поиграть в политическую алгебру: Беларусь + Россия = сдача белорусского суверенитета (по версии оппозиции). Заменим «Россию» на «Европейский союз», где, между прочим, передача в Брюссель части государственного суверенитета приближается к уровню Советского союза, то как бы отреагировали критики интеграции с Россией на такую замену? Скорее всего, в этом случае белорусская оппозиция такой поворот только бы приветствовала. Значит, проблема в одном? В России? Причем тогда здесь белорусский суверенитет?

Проблемы нет

    Но в данном случае нет необходимости вставать на сторону белорусских властей или оппозиции, потому что тема сбережения белорусского суверенитета вообще не имеет никакого смысла. Стоит напомнить, что вопрос о белорусском суверенитете возник в 1991 году, вместе с независимостью Республики Беларусь, которая к 1994 году успела продемонстрировать свою экономическую несостоятельность, чем, в свою очередь, умело воспользовался А. Лукашенко.

    Рискуя вызвать на себя очередной огонь критики, негодований, оскорблений и даже проклятий, автор этих строк смеет напомнить, что весь белорусский суверенитет заключается в газовом вентиле и целиком зависит от доброй воли России. Поворот вентиля – и за пару недель Республика Беларусь будет лишена какой-либо экономики. И кому тогда нужен этот белорусский суверенитет? Заинтересованы будут только нелегальные мигранты, которые и так уже крепко обосновались в центре Минска.

   При этом Белорусская АЭС не спасет республику. Во-первых, станция загружена российскими ТВЭЛами. Во-вторых, за БелАЭС белорусская сторона еще ничего не платила. Это фактически российская станция, но электроэнергию А. Лукашенко, проявив милосердие к в очередной раз провалившему все, что можно и даже невозможно, Киеву, уже поставляет на Украину по фактически грабительским тарифам.

    Не спасет белорусский суверенитет и газовый транзит, который сейчас в какой-то степени сохраняет часть украинской экономики. Вчера опять был остановлен газопровод «Ямал-Европа», польский транзит стратегически тупиковый и в любом случае основная поставка российского газа в Европу будет проходить по трем обходным газопроводам – два «Северных потока» и «Турецкий поток».

   Кроме того, никакая Европа или США покупать у России газ для Беларуси не будет. Это к тому, что сейчас в белорусской оппозиционном медиа пространстве автора этих строк полощут за предложение все-таки, если противники режима А. Лукашенко действительно настроены довести дело до конца и приступить к строительству Новой Беларуси, поговорить об этой «стройке» с соседями.

    Ведь когда кто-то строит на дачном участке около забора сарай для дров или павильон для чай, то обычно информируют о своих планах соседей. Или, когда в квартире намечен ремонт с шумом от дрелей и перфораторов, то ведь тоже предупреждают соседние квартиры. А тут идет речь о целом государстве с десятком миллионов граждан… А соседи - огромные многомиллионные пентхаузы с ядерной боеголовкой на балконе. Хотя, никто ведь не настаивает на каком-то диалоге, но тогда не должно быть обид на молдавскую цену на газ. Газпром не откажется от дополнительных 6,5 млрд. долларов США, если они, конечно, у Беларуси будут… Как видите, автор не сомневается в победе над режимом А. Лукашенко. Вопрос, а как дальше выживать? Беларуси никто и ничего не должен, скорее наоборот... 

    Так что можно сколь угодно «сдавать» или «продавать» белорусский суверенитет, но его никто не «купит», так как невозможно продать то, чего нет. Белорусские политики, которые об этом не помнят или демонстративно «забывают», уподобляются Наполеону при Ватерлоо, который знал, что на поле боя уже вступила прусская армия, но игнорировал этот факт и в итоге проиграл империю.

Нужна ли Беларуси экономическая интеграция?

    По мнению автора этих строк, Беларуси экономическая интеграция нужна, так как дает ей шанс для экономического, а, следовательно, и политического выживания, но интеграция должна быть реальная и взаимовыгодная, а не имитационная. Вот в этом суть проблемы белорусского транзита власти: в белорусском обществе есть консенсус в отношении лукашенковского имитационного варианта интеграции – дотирование республики за счет российского федерального бюджета и сохранение «многовекторной» внешней политики за счет интересов союзника и спонсора на международной арене. Напомним, что с 1995 года А. Лукашенко «кормил» республику интеграционными авансами, правда и себя не забывал. Но это только одна сторона проблемы.

    С другой стороны, никакими российскими ресурсами и деньгами не прикрыть традиционный варварский антинародный характер белорусского авторитарного режима, его безумное отношение к российской поддержке, его звериный властный инстинкт. Из года в год у белорусского народа, который уже второе поколение живет в атмосфере интеграционной пропаганды, накопилось глубокое недоверие к интеграции с РФ, а сама интеграция стала ассоциироваться как с образом несменяемого белорусского президента, так и постоянной нищетой в «эти непростые времена». Отсюда и категорическое, как говорится, «с порога», неприятие каких-либо интеграционных инициатив. Солидная часть белорусского населения им просто не верит. А. Лукашенко дискредитировал интеграцию.

    По этой причине, даже если бы А. Лукашенко действительно был бы преисполнен желания ввести в действие союзные программы, ему бы пришлось преодолевать огромное недоверие со стороны не только белорусского народа, но и собственной номенклатуры.

    Государственный аппарат РБ прекрасно понимает, что гармонизация союзных программ означает для него не только существенное сокращение властных функций и полномочий, но и полное переформатирование вертикали власти. Он будет тормозить процесс «оживления» союзных программ.

    В свою очередь, к сожалению, жизнь показывает, что Россия так и не учла важную политическую формулу: «Или Лукашенко, или интеграция. Вместе им не быть».

Так чем тогда выгодны Беларуси союзные программы?

    Автор этих строк, еще с 2019 года, неоднократно писал о том, что одно из преступлений, которое сделал А. Лукашенко в отношении белорусского народа –  украл время. Прежде всего, пропущен исторический шанс, когда на основе российской поддержки у Беларуси была возможность (начало 21 века) провести быстро и почти без экономических и социальных рисков глубокие структурные экономические реформы, позволяющие запустить механизмы рыночной экономики. Сейчас, в рамках гармонизации союзных программ, Россия еще раз предоставляет за свой счет возможность быстрого реформирования белорусской экономики. Это второй шанс.

    Однако, учитывая современное состояние белорусского политического режима и попытки А. Лукашенко в рамках Конституционной реформы увековечить свою власть, имеются серьезные основания для утверждения того, что и второй шанс Минск сознательно упустит.

    Третьего не будет.

А. Суздальцев, Москва, 07.11.2021