Украино-белорусский кризис

«О доме думать надо!»  В. Путин

    А. Лукашенко, за двадцать восемь лет своей власти встречался практически со всеми президентами Украины. При этом белорусский  правитель каждый раз вспоминал, что его «корни» надо искать на Украине, периодически уточняя, что в Черниговской области. Может быть, играла свою роль ностальгия или пресловутый «зов крови», а может стремление «потроллить» Москву, но несменяемый белорусский руководитель всегда стремился стать своим для очередного обитателя Резиденции на Банковой.

Украинский гопак А. Лукашенко   

    С 2014 года белорусский начальник неоднократно пытался стать посредником между Москвой и Киевом. А. Лукашенко до сих пор сохраняет самые наилучшие отношения с незаконным и.о. президента Украины А. Турчиновым, дружил с Петром Порошенко - два олигарха прекрасно ладили друг с другом на фоне общей ненависти к России.

    Повидавшись осенью 2019 года в Житомире с В. Зеленским, А. Лукашенко на некоторое время стал адвокатом шестого президента Украины перед Москвой. Но уже в декабре 2019 года в Париже В. Путин оказался за одним столом с В. Зеленским. Это была их первая и последняя встреча. Так что посредничество А. Лукашенко так и не понадобилось. 

    Вход с белорусской территории (24 февраля 2022 года) российских войск на Украину (киевское направление) создал между Минском и Киевом формальное состояние войны, которое так и не трансформировалось в реальные боевые действия. Между тем, на фоне российско-украинского конфликта проблема белорусско-украинских отношений постепенно стала приобретать стратегический характер. Но это отдельная тема, включающая как игру А. Лукашенко в пацифизм, так и очень осторожные заявления окружения президента Украины по белорусской теме. Минск и Киев очень сдержаны по отношению друг к другу, так что расклад на этом уровне сложный, динамичный и в немалой степени конъюнктурный. Мы к этой теме еще вернемся…

   Сейчас в повестке белорусско-украинских отношений доминируют перспективы и пророчества о вероятной белорусско-украинской войне, но постепенно обсуждение «крепнет», разрастается, становится более эмоциональным, наполняется оценочными заявлениями, и ссылок на историю двух страна и менталитет народов. Размах противоречий оказался почти необъятным.    

     Итак, посмотрим условную хронологию раскручивания уже белорусско-украинского почти кризиса, но сразу отметим, что не все подробности и нюансы видны со стороны…

Начнем с оппозиции

    Напомним, что с первых дней российско-украинского конфликта белорусская оппозиция/эмиграция мгновенно и в полном составе встала на сторону Украины, что, признаться, было вполне ожидаемо. В начавшемся походе НАТО на Россию руками Киева место белорусской оппозиции в этом процессе было естественным и привычным. У лидеров белорусской оппозиции конфликт у южной соседки открывал сразу несколько «окон возможностей», но мы выделим только два:

- стратегическое: в случае поражения России конфликт открывает возможность смены политического режима в Беларуси руками ВСУ и, возможно, Польши;

- тактическое: участие в конфликте как в пропагандистском, так и в силовом формате обещало и до сих пор обещает оппозиции/эмиграции переключение хотя бы части финансовых ресурсов, направленных Киеву из США и ЕС, на нужды белорусской эмиграции. 

    Учитывая, что сейчас 50 стран Запада оказывают Украине финансовую и военно-техническую помощь, то у белорусской оппозиции нет никаких сомнений в том, что «победа» Украины будет обеспечена (правда Москва так не считает). Возвращаясь к стратегическому «окошку», отметим, что белорусская эмиграция, провозглашая солидарность с Киевом против России, фактически пытается «бронировать» места в будущем руководстве Беларуси.  

    Однако, что-то не ладится у белорусской эмиграции с Киевом. К примеру, так и не удалось организовать встречу В. Зеленского со  С. Тихановской. На самом деле провал саммита носит характер индикатора, так как   официальный Киев не просто уклонился от прямых и обязывающих контактов с экс-кандидатом. Фактически офис президента Украины намекнул, что будущие планы Киева в отношении Беларуси, если, конечно, Украина триумфально поставит на колени ядерную державу (!), не совпадают с интересами белорусской оппозиции.  

    Понятно, что Киев не намерен делиться поступающей ему финансовой помощью с Вильнюсом, а украинское руководство, судя по всему, не видит смысла в сотрудничестве с белорусской эмиграцией. К примеру, навязанный ВСУ Полк им. К. Калиновского оказался скорее креативной приманкой для пожертвований, чем боеспособное подразделение, что скорее всего не радует украинское руководство («кто-то воюет, а кто-то на войне деньги гребет»). Не спасают ситуацию и растущие потери среди белорусских добровольцев, оказавшихся на донбасском фронте. Киев принимает их как должное…

    Причины столь сложных взаимоотношений официального Киева и белорусской эмиграции лежат на поверхности. Украинское руководство заинтересовано в развертывании новых фронтов против России: прощупывались Приднестровье, Грузия, Казахстан и, конечно, Беларусь. Но белорусская оппозиция ничем в данном случае помочь Киеву не может. Она разрознена, изолирована от республики и не способна к организации противостояния с политическим режимом А. Лукашенко.  Имитацию борьбы с белорусским режимом, включая фантазии о российских воинских эшелонах под откосом (т.н. «рельсовая война») или активность «кибер-партизан», демонстрирующих старые архивы МВД, скрыть невозможно. Но это только часть проблемы…

Виртуальный скандал

    Трудно понять, зачем белорусская эмиграция этой весной стала педалировать тему коллективной ответственности граждан Беларуси за содействие А. Лукашенко спецоперации российских войск на Украине. Эта сложная и неоднозначная тема дала толчок целому спектру оценок и мнений, включая возникшее ощущение, что белорусская оппозиция, «переведя стрелку» на белорусский народ, просто пытается снять с себя ответственность за провал Августа 2020 года.

   Дальше началась эскалация взаимных обвинений, взорвавших Интернет. Сразу отметим, что наблюдать за эмоциональным белорусско-украинским обменом «мнений» довольно занятно и увлекательно. К примеру, украинская сторона требует от белорусов покаяния за то, что граждане Беларуси с одной стороны не поддерживают должным образом украинцев в их «священной борьбе» против России, а с другой стороны никак не могут организовать «партизанское движение» против «российских оккупантов». Если учесть, что белорусы до настоящего времени действительно не могут справиться с А. Лукашенко, то требовать от них подвигов на той же железной дороге против России было бы очень странным.

    Но и белорусская сторона в дискуссии не молчит и ставит в вину Киеву поддержку отношений с А. Лукашенко после 2020 года, фактически признание шестого президентского срока несменяемого белорусского правителя и поддержку с Минском взаимовыгодных торговых отношений в последние два года. Понятно, что все эти взаимные претензии разделяет граждан двух стран, но есть и то, что объединяет, а если вернее, скорее подталкивает друг к другу – ненависть к России.  Казалось бы, в интересах, так сказать, «совместной борьбы» с РФ, можно было бы и откинуть вдруг всплывшие противоречия. Но тут возникают некоторые интересные нюансы.

«Рука Москвы»

   В рамках виртуальной белорусско-украинской войны в Интернете периодически появляются призывы прекратить скандал, так как он, мол, в интересах России. Более того, звучат призывы обратить внимание на тех участников дискуссий, которых можно обвинить в специальном разжигании розни между очередными «братскими народами» - так сказать «агентура» российских спецслужб. Правда, тогда получается, что В. Зеленский тоже является российским агентом, как, впрочем, и сам А. Лукашенко, но претензии к Москве являются старинной традицией восточноевропейских лимитрофов.  

Исторические традиции

     Мы нигде в истории последнего тысячелетия не найдем особой любви сначала племен – предков белорусов и украинцев (с этногенезом украинского народа вообще очень много интересного), а потом княжеств (отношения Киева и Полоцка широко известны из учебников истории). Следом, уже с времен Великого княжества Литовского (ВКЛ) и Речи Посполитой взаимоотношения между регионами, через столетия ставшими составными частями Украины и Белоруссии, никогда не были мирными и доверительными.  Южная часть нынешней территории Белоруссии с 16 века подвергалась постоянным набегам украинских (запорожских) казаков, с периода Гетманщины часть территории с белорусским населением находилась под контролем южных соседей.  Именно с тех времен между белорусским и украинским народом были заложены основы недоверия, а между элитами неприятие друг друга.

    Определенное соперничество между Киевом и Минском возобновилось в 1950-е годы, когда партийное руководство двух республик постоянно конкурировало друг с другом за внимание со стороны Москвы, что конвертировалось в дополнительное финансирование союзных республик и обеспечение ресурсами, специалистами, новейшими технологиями, а также различными «фондами». 

     Правящие номенклатуры Киева и Минска всегда ненавидели друг друга, в 1970-е годы противостояние затронула уже первых секретарей республиканских ЦК, к примеру, Машерова и Щербитского. Соперничество шло по всем фронтам, от присвоения столицам республик звания «Города-героя» до строительства метрополитенов. Но периодически руководство Украины и Беларуси все-таки объединялись против союзного центра с целью шантажа Москвы. В итоге, борьба за ресурсы СССР, включая карьерные преимущества, привело к тому, что политика Киева и Минска несмотря на то, что Украина и Белоруссия были союзными республиками в составе СССР, к концу 1980-х годов приобрела типичный для лимитрофных государств характер номенклатурной войны.

     Стоит отметить, что свой вклад в отсутствие доверия между будущими независимыми государствами внес и широко распространённый в среде населения двух республик бытовой национализм, а в западной части Украины и этнический национализм.  В Минске и Киеве в ходу были постоянные сравнения уровня жизни и общей «цивилизованности» Украины и Белоруссии, а также, естественно, России, которой всегда отводилась роль поставщика ресурсов, финансов и дешевых нефтепродуктов. Любопытно то, что в 1970-1980-е годы в белорусском обществе, вместе с начавшимся переселением украинцев в белорусское Полесье, прежде всего в Брестскую область, симпатии к украинцам исчезли окончательно.

    Традиция совместной номенклатурной игры против Москвы никуда не исчезали и в годы президентства А. Лукашенко. Как уже отмечалось выше, белорусское руководство, имея в виду традиционную острую реакцию Москвы на украинскую тематику, всегда стремилось сохранить особые отношения с Киевом. Стоит напомнить, что Минск не поддержал стремление Москвы в 2012-2013 годах ввести Украину в состав евразийской интеграции, опасаясь, что в этом случае у Москвы резко сократятся ресурсы для дотирования «единственного союзника».

    Киев еще с советский времен славился поистине космическим аппетитом по отношению к российским ресурсам и если Украина хоть каким-то боком вошла бы в евразийскую интеграцию, то Россия была бы уже нищей, а Беларусь во главе с А. Лукашенко была бы полностью разорена. Кстати,  будем надеяться, что когда-то статус кандидата в члены ЕС для Украины закончится вступлением Киева в Евросоюз, который тоже очень быстро обанкротится…  

    После киевского майдана 2014 года Минск с одной стороны, принялся провоцировать российско-белорусский конфликт, а с другой стороны, демонстрируя Москве свою особую «союзническую» роль, попытался извлечь максимальные финансово-ресурсные выгоды из эскалации украинского кризиса – типичное лимитрофное мародерства.

    К сожалению, а может быть специально, в 2024 году оппоненты белорусского правящего режима не учли, что существующие противоречия между двумя народами обязательно всплывут. В принципе, они повторили ошибки белорусских и российских властей, которые в ходе строительства Союзного государства игнорировали традиционные противоречия и исторические обиды между белорусским и русским народами.

    Но, казалась бы, общая ненависть к Москве должна была все разногласия нивелировать (?).  Причем, белорусская эмиграция готова, как говорится, «полы мыть» для Украины, но вот прямо душевного единения так и не получилось. В чем причина? В этническом национализме.

Российский опыт

    Напомним, что после 2014 года в российском обществе и политическом классе, а если точнее, то в той его части, где оппозиционные настроения существовали, наверное, еще с времен Павла I, появилась «украинская» тенденция: «Украина – страна реальной демократии», «Украина демонстрирует альтернативный российскому путь развития» и прочий бред. Российские оппозиционные круги стали абсолютизировать и превозносить демократические «достижения» Украины. Но буквально через 2-3 года увлеченность «украинской демократией» закончилась, выродившись в общее неприятие российских политических реалий, что, в свою очередь, вылилось в эмиграцию части политической элиты России и творческой её части после 24 февраля. Для этих людей российская спецоперация на Украине чаще всего было только поводом для выезда. Какой-либо массовой солидарности с Украиной в России нет. Почему?

     Не сложился союза российских и украинских «демократов». Если российские  фанаты Порошенко и Зеленского  видели в Киеве «маяк демократии», ради которого можно было пожертвовать третьей частью русского и русскоязычного населения Украины, то для Киева Россия остается государством, которое должно быть уничтожено вместе с русским народом, включая и наивных российских лидеров общественных мнений. В рамках этнического национализма – практически официальной государственной идеологии Украины, русские – просто нелюди (недочеловека) и дикари, о чем с 1991 года говорили и говорят украинские СМИ и Интернет-Форумы, а также высшие должностные лица этой страны, подлежащие поголовному уничтожению. В принципе, недалеко от русских и оказываются и белорусы.

    Так что было бы странным ждать от украинской стороны какого-то особого пиетета к белорусской оппозиции и белорусским активистам. Дело здесь не в том, что по мнению Киева граждане Беларуси «отвечают» за очень скромное «участие» А. Лукашенко в спецоперации российских войск на Украине, а в том, что Киев исповедует философию глобального иждивенчества, где Украина является «центром мира» которому все, начиная с США и ЕС и заканчивая белорусами – т.н. «рабами Лукашенко», обязаны и должны.  Никаких равноправных отношений между белорусами и украинцами никогда не было и не будет, что подтверждается в последние полгода едва ли не ежедневно.  

Итак,

    Белорусская эмиграция по традиции остается сторонником формулы «прицепного вагона». В данном случае, оппоненты А. Лукашенко пытаются прицепиться к бронепоезду ВСУ, рассчитывая, что когда-то этот украинский «бронепоезд» заедет в Минск. Но при этом эти белорусские оппозиционные любители «складывать яйца в одну корзину» должны понимать, что у «союзников» Украины есть только одна «привилегия» - умереть за Украину и желательно поскорее.  Никакие украинцы или, тем более, поляки за белорусов воевать не будут и, тем более, умирать за то, чтобы белорусская эмиграция вернулась на Родину.

А. Суздальцев, Москва, 31.07.2022