Если завтра война...

Война слишком важное дело, чтобы доверять ее военным.

Жорж Клемансо

    А. Лукашенко, вернувшись с российско-белорусского саммита в Сочи, появился на публике только через три дня, но в мундире. На состоявшемся 25 мая 2022 года совещании в МО РБ белорусский руководитель объявил о создании южного   оперативного командования (направление) белорусской армии.  https://t.me/pul_1/5601. Неужели время пришло?

    Внимание белорусского политического и военного руководства к Украине и границе с этой страной с 2014 года является традиционным и даже привычным.   Действительно, в последние недели белорусская армия заметно сместилась к южным рубежам республики и, по идее, создание специального командования на юге Беларуси призвано перенести управление частями, дислоцированных у белорусско-украинской границе, к вероятному театру военных действий, но если сравнивать данные решения с российскими масштабами, то все это выглядит игрой в оловянные солдатики. Белорусская армия небольшая и ей вполне можно руководить из командного центра в Минске, но видимо, генералов надо куда-то пристраивать.

    Понятно, что появление еще одного оперативного направления никак не усиливает белорусское воинство, но создает иллюзию боеготовности и внушительности собранной группировки - как в сторону Бреста, так и на гомельском направлении. Для чего?

Задание из Сочи

   Белорусская военная активность на границе с Украиной  привлекла внимание не только Киева, но и в Европы. Тема стала одной из самых обсуждаемых в белорусском и украинском медиапространстве. Основные вопросы группируются вокруг нападения и провоцирования. Причем агрессию и провокацию ждут как от украинской, так и белорусской стороны.

    По понятными причинам нахождение белорусских войск у границ Украины выгодно Российской Федерации.  Войска союзника России отвлекают ВСУ от перемещения своих резервов на Донбасс, где сейчас идут основные бои с российской армией, а также мешают формировать новую группировку ВСУ около Николаева (цель: Херсонская область).  Именно об этом шел разговор в сочинской резиденции президента России 23 мая текущего года.

    Украинское руководство, учитывая нахождение у своей северной границы белорусских подразделений, требует от генерального штаба ВСУ по меньшей мере осмотрительности и готовности получить неожиданный удар белорусов вместе с вернувшимися в данный регион российскими войсками как по «старому» маршруту «Чернобыль – Киев», так и исключительно белорусским частям по стратегически важной «штрассе»: Брест – Ковель – Луцк – Львов, что, в свою очередь позволило бы установить белорусский контроль над транспортными переходами на польско-украинской границе. Здесь, на Западной Украине,  российских войск вообще нет, а украинских подразделений крайне мало и какое-то организованное сопротивление ВСУ организовать не сможет. Напомним, что изоляция Украины от Польши обрекает Киев на полное поражение.

    Зная самолюбие А. Лукашенко, трудно отделаться от мысли, что белорусский президент, получая информацию о скудности ВСУ в данном регионе, все-таки рискнул бы войти в мировую историю. Несомненно, что этот фактор учитывают в Киеве.  От себя отметим, что появление белорусских войск у Львова мгновенно ввело бы А. Лукашенко в десятку мировых лидеров – огромны соблазн для белорусского вождя. Но в данном случае мы говорим об обеспокоенностях и страхах украинского политического и военного руководства, которые, как видим, вполне обоснованы.

    В свою очередь белорусские официальные СМИ неуклонно раскручивают  тему угрозы украинского вторжения на белорусскую территорию, белорусские  генералы говорят о проникновении в Беларусь диверсионно-разведывательных групп, да и А. Лукашенко постоянно привлекает внимание к «южной угрозе» и говорит о защите государственного суверенитета. Напомним, что А. Лукашенко на встрече с В. Путиным в марте текущего года уверял, что ВСУ готовили вторжение в Республику Беларусь, но российская армия опередила…

Южная угроза

    Грозит ли Беларуси вторжение со стороны Киева? Напомним, что в целом украинское руководство крайне осторожно в оценках роли Минска в российской спецоперации. Иногда возникает ощущение, что Евросоюз, который обвиняет А. Лукашенко в «соучастии в агрессии России», более строго относится к белорусскому руководителю, чем украинские власти, где не забыли, что с 2014 года Беларусь была для Украины своеобразными «воротами» в Россию. Через Беларусь на юг потоком шли нефтепродукты, уголь, комплектация и военные технологии.

    В Киеве нет иллюзий и в отношении самого А. Лукашенко, который все восемь лет украинского кризиса, с одной стороны, мечтал стать реальным посредником между Москвой и Киевом, а с другой стороны откровенно наживался на конфликте, предоставляя «Тропу Лукашенко» не только транзитным гражданам Украины, но и украинским товарам.

    Но был еще третий формат: А. Лукашенко всегда считал Киев самыми лояльными к нему «воротами» на Запад, что со своей стороны, льстило украинскому руководству. В общем, это был типичный антимосковский сговор белорусских и украинских элит, которые в зависимости от ситуации периодически складывались еще с 1950-х годов советской эпохи. Но это только крайне неглубокий, поверхностный подход, так как на самом деле белорусско-украинские отношения очень многогранны и уходят в глубину веков. 

    Кроме того,  стоит не забывать: все белорусское приграничье за последнее десятилетие заметно «украинизировалось».  Переселение украинцев в Брестскую и Гомельскую область с каждым годом все заметнее…  

   Теоретически наступление ВСУ на север возможно и даже полезно украинскому руководству, так как позволяет создать в Беларуси  вспомогательный  «второй фронт» против России.  Других целей у украинского воинства не будет, так что если кто-то в белорусской оппозиции думает, что ВСУ организует поход на Минск с целью свержения А. Лукашенко, то это будет очень наивно.  В любом случае этим придется заниматься политическим противникам несменяемого белорусского руководителя или вообще не заниматься, что сейчас и происходит.

    В свою очередь агрессия Киева против Беларуси была бы подарком белорусскому политическом режиму. А. Лукашенко в этом случае оказался бы в роли вождя мгновенно мобилизующегося вокруг себя  белорусский  народ, а следом получил бы столь желанные лавры Полководца и Спасителя белорусского государства. Лучшего варианта легализации шестого президентского срока и желать нельзя.

    При этом белорусская оппозиция/эмиграция на Родине окончательно стала бы восприниматься в роли белорусских власовцев и наследников германской вспомогательной полиции, что заставило бы их навсегда покинула белорусское политическое поле (в принципе, этот процесс и так идет, с появлением новой внутренней белорусской оппозиции он ускорится).

   Но стоит обратить внимание на незначительную деталь: в военном плане ВСУ, обладая огромным опытом современной позиционной и манёвренной войны и снаряженное в немалой степени иностранным натовским оружием, включая тяжелым, без сомнений даже без воздушного прикрытия разгромила бы белорусскую армию за три недели. Но только если ей на помощь не придет русская авиация…

Белорусская армия

    Среди российских экспертов преобладают три взгляда на боеспособность белорусской армии. Первые говорят и даже восторгаются невероятной боеспособностью белорусского воинства, не участвовавшего ни в одном конфликте и оснащенного в основном старым советским оружием (еще и китайским).  При этом сторонники столь восторженного подхода говорят даже о том, что военный потенциал России при присоединении к нему белорусской армии становится едва ли не невероятной военной силой, соразмерной с потенциалом всего блока НАТО.

     Вторые считают, что белорусская армия во многом копирует ВСУ (националистические батальоны) и является по сути не полевой армией, а армией карателей.  В этом случае на поле боя пользы от белорусского воинства не много.  Третий взгляд исходит из того, что белорусская армия может быть полезна России в качестве военной полиции, саперов, обеспечения тыла и прочих очень важных дел, без которых не бывает победы, но не в реальных и очень сложных боестолкновениях.

    Но в любом случае, очень важна мотивация. В случае агрессии со стороны Украины белорусы, конечно, воевали бы хорошо, так как им бы пришлось защищать свой дом и свою Родину. Перебежчиков было бы немного, т.е. повторилась бы ситуация Великой отечественной войны, где патриотизм очень быстро стал доминировать над коммунистической идеологией и культом личности Сталина.  Так и в этом случае, в случае украинского вторжения претензии к Дворцу отошли бы на второй план.

    Не стоит забывать, что попутно произошла бы естественная консолидация общества и уже привычный раскол страны значительно бы сузился. Естественно, в организации сопротивления врагу не обошлось бы без традиционного лукашенковского бардака (негативный эффект от заорганизованности и суеты трусливой номенклатуры и «зажиревшего» генералитета), но республика ждала бы российскую военную поддержку, прежде всего воздушную, которая, в свою очередь, появилась бы почти мгновенно. Естественно, в этом случае имидж Москвы в республике резко бы возрос, так как понятно, что в одиночку Минск с массированным вторжением не справится. 

    В любом случае, что в ходе войны, что после неё это была бы уже другая страна с обновленным политическим классом и номенклатурой,  а также измененным обществом, с которым после победы А. Лукашенко вряд ли бы потом договорился.   

Белорусское вторжение

    Может ли А. Лукашенко начать войну с Украиной? Теоретически может и мы выше, затрагивая страхи украинского политического и военного руководства, уже приводили факторы, говорящие в пользу белорусского «похода» на юг.

    В свою очередь, мы, конечно, не можем пройти мимо того, что в белорусской армии к приказу пересечь границу отнесутся очень по-разному.  Одно дело, защищать Родину, а совсем другое, когда нужно вторгаться в соседнюю страну. Уровень мотивации россиян и белорусов в данном случае отличается на порядок. Если россияне всегда крайне болезненно относились к продолжавшемуся восемь лет обстрелу городов Донбасса, считая проживающих там людей своими и русскими, то для белорусов трагедия Донбасса была не столь очевидна, она была где-то далеко и очень быстро стала «забытой войной».  При этом стоит напомнить, что украинский политический феномен «хатакрайничества» присущ и белорусскому населению.

    В свою очередь белорусское руководство никогда не проявляло какой-либо солидарности с народом Донбасса, если не считать единичный случай вывоза на каникулы в Минск детей из детского дома в Донецке.

    Но в тоже время утверждать, что славянская армия в случае участия в непопулярной войне сразу начнет разваливаться, а солдаты батальонами побегут в ВСУ, было бы наивным. Без охоты и энтузиазма, сопровождаемые горем и плачем жен и матерей, белорусы все-таки воевать пойдут. В этом нет сомнений.  Если вторжение будет с минимальными потерями и в удачном регионе (Западная Украина), то первые успехи резко изменят обстановку в белорусском обществе. С учетом того, что Беларусь мигом станет региональной державой, в стране начнется рост позитивных настроений в народе и политическом классе.

«Точка невозврата»

    Мы должны определить «точку невозврата», когда вход белорусской стороны в российско-украинский конфликт станет неотвратимым. Для этого кто-то из участников конфликта должен перейти «красную линию».

    По идее, обстрел одной из стороны приграничных территорий мог бы стать casus belli и сигналом для начала боевых действий. Белорусская сторона неоднократно жаловалась то на перелет границы украинскими дронами и вертолетами, то на убийство рыбака на Полесье (белорусские оппозиционные ресурсы тут же обвинили в убийстве рыболова российских военнослужащих, которых в округе не было. Российские части в то время находились на транспортных коммуникациях Гомельской области). Однако все эти «поводы» будет опровергаться как украинской, так и белорусской стороной.

    Но на самом деле реальной «точкой невозврата», когда ввод белорусских войск на Украину станет неотвратимым, является появление в Западной части южной соседки Войска польского… Но это уже будет другая война, вполне вероятно, что ракетно-ядерная.

А. Суздальцев, Москва, 28.05.2022